Узбекистан на пороге достижения независимости - глава 88

И.А. Каримов

— Перспективы, конечно, впечатляющие. А что конкретно сделано за время Вашего президентства?
— Впервые с самых высоких трибун я сказал, что в Узбекистане свыше 9 миллионов человек живет ниже черты бедности, что около 47 процентов населения — это дети, нуждающиеся в особых условиях, что у нас смертность одна из самых высоких в стране. Когда мы стали говорить правду, люди пошли за нами.
Но говорить - это еще не все. Указ о земле решил огромную задачу. Я однозначно сказал: производство хлопка сокращаем на 700 тысяч тонн, а это - 0-300 тысяч гектаров. В союзных органах, в Госплане страны я поставил вопрос так: вы что угодно записывайте, но я выполнять не буду. Когда они поняли, что мы дошли до предела, то помогли решить эти вопросы. 5 тысяч гектаров мы дали людям, почти вдвое увеличили крестьянские наделы. У людей появился интерес. Чем в свое время привлекли дехкан в революцию? Лозунгом «Земля — крестьянам!» Сейчас обеспечиваем все условия для того, чтобы в каждом дворе была живность. Создали Ассоциацию владельцев личных подворий — это будущие фермеры. У нас 40 процентов продовольствия вырабатывается в индивидуальном секторе, земли же там — всего шесть процентов от общего поливного клина. На базарах в этом году у нас было более-менее ничего. 5 тысяч га сработали...
- Ислам Абдуганиевич, а как Вы оцениваете состояние межнациональных отношений в вашей республике?
— Ферганские события и все, что произошло в последнее время, породили недоверие людей разных национальностей друг к другу. Кто все это затеял? Я сейчас однозначно говорю: центр всего этого находится за пределами республики.
Кому-то очень нужно подвешенное состояние союзных республик в период перехода к рыночным отношениям... Такая ситуация, когда в любой момент можно вмешаться и что угодно решить.
- Последнее время часто говорят о Туркестанском союзе. Особенно усилились эти разговоры после встречи лидеров туркестанских республик в Алма-Ате летом прошлого года..
— Я считаю, что наша встреча в Алма-Ате была логичной и объективной. Мы не можем жить рядом и в это же время экономически не быть связаны. Сейчас мы левой рукой чешем правое ухо. Зерно, которое к нам можно привезти из Казахстана в обмен на наше сырье, к нам завозят из пяти точек Союза. Зачем? Да потому, что Госплану это нужно. Он сидит в кабинете и говорит: немножко возьмешь с Украины, немножко с Алтая, немножко из Казахстана... А зачем Госплан тогда нужен, если все произойдет по естественным законам? Но есть, оказывается, другая, оборотная сторона. Есть люди с идеей создания великого Турана. Они, в свою очередь встречу использовали для того, чтобы возбудить эти настроения... Но история назад не возвращается. Мы можем говорить о содружестве в Средней Азии. У нас границы между республиками — это очень опасный вопрос. Когда-то они были проведены, можно сказать, искусственно...
- В новом республиканском парламенте появилась оппозиция. Чувствуете ли вы ее? Помогает ли она работать парламенту?
— Если бы это была здоровая оппозиция, которая имела бы свои мысли, понимание, перспективу, я бы ее приветствовал. Но если говорить о тех, с кем я сталкивался, вынужден был дискутировать, то здесь однозначно: большинство из них рвется к власти. Дай им место под солнцем, и они успокоятся, забу-
дут народ. И будут консерваторами похуже нынешних. Наиболее кичливы те, кто был когда-то отторгнут системой и сегодня базируется на «демократизме», «плюрализме». Борясь с этой системой, они готовы, если она им позволит, с удовольствием вернуться и забыть все.
Но есть другая, я бы сказал, не оппозиция, а среда. Есть молидые, которые хотят жить, работать, гворить хотят, понимаете? Они не терпят лжи. Они видят среди депутатов тех, кто дважды был в тюрьме, кто живет не по средствам, кто говорит одно, а делает другое. И они все это не приемлют. Нужно создать им режим благоприятствования, чтобы они могли занять ключевые позиции в нашем обществе.
Ни в одном парламенте мира такого базара, как у нас, нет. Когда за парламентские места борются партии, есть какой-то порядок. Когда каждый депутат ждет, кто купит его, его голос, — это страшно. От такого парламента можно что угодно ожидать. Поэтому я за парламент, в котором представлены все идеи, социальные слои и интересы.
«Комсомольская правда», 7 марта 1991 года.