История русской литературы XIX века - глава 19

Выдающимся произведением о «новых людях» явилась повесть В. Слепцова «Трудное время», опубликованная в 1865 году, в обстановке наступившей реакции и разгрома передовых сил страны. Решетников, Г. Успенский, Помяловский, Благовещенский, Кущевский и другие представители демократической литературы в сюжете своих произведений зачастую исходили, как и Щедрин, из «принципа семейственности». Гак поступил и Слепцов в «Трудном времени». Но беллетристы-демократы выходят за рамки «частной жизни» в большую жизнь народных масс, прежде всего рисуют бедствия народа, ставят своих героев в прямые отношения с народом. С наибольшей силой это сказалось в «Трудном времени». На первый взгляд сюжет романа Слепцова «Трудное время» кажется традиционным: передовой человек, революционер пробуждает сознание женщины, освобождает ее от иллюзий и ведет к разрыву с семьей, со всей той средой, в которой она жила. Но не любовь является главной силой, вдохновляющей Марию Николаевну (героиню романа) на поиски новых путей жизни. Поэтому и сюжет романа не ограничен кругом семьи, личных отношений, изображением тех или других личных достоинств и недостатков. Слепцов продолжает тургеневскую традицию («Рудин», особенно _ «Накануне») и вместе с тем обогащает ее, создает свою художественную концепцию жизни и характеров. Основная коллизия «Трудного времени» не ограничена сферой семейных отношений, отношений революционера Рязанова, помещика-либерала Щетинина и его жены Марии Николаевны. В сюжет «Трудного времени» автор включает острые, глубокозначимые сцены, диалоги из народной жизни. Революционер Рязанов, с одной стороны, как бы «водит» Марию Николаевну по жизни мужиков, а с другой — сбрасывает все покровы с грубо эгоистического, кулацко-помещичьего отношения Щетинина к крестьянам. «Просветление» Марии Николаевны возникает, развивается не под воздействием чувства любви (так строил свои сюжеты Тургенев), а под влиянием реальной жизни народа и беспощадной критики Рязанова. В зависимости от этого протекает духовная жизнь Марии Николаевны, развивается история ее отношений с мужем, Рязановым, с крестьянами.
В беллетристике о «новых людях» второй половины 60-х годов проявлялись и такие тенденции, которые свидетельствовали об идейном отходе от заветов Чернышевского, об опошлении идей автора романа «Что делать?». Этому немало способствовали романы А. К. Шеллера-Михайлова, в которых «новые люди» выглядели либеральными фразерами, отделывающимися, как заметил Н. Щедрин, «разговорным негодованием» («Гнилые болота; история без героя», 1864; «Жизнь Щупова, его родных и знакомых», 1865). Если А. К. Шеллер-Михайлов привносил в трактовку «новых людей» сильную либеральную тенденцию, то Д. Мордовцев в своей повести из жизни 60-х годов «Новые люди» (1867) и в романе «Знамения времени» (1869) наделяет «новых людей» чуждыми им чертами «лишнего человека».
В противоположность А. Михайлову и Д. Мордовцеву, совершенно иную идейно-художественную концепцию «новых людей» создал И. В. Омулевский, автор популярнейшего в то время романа «Шаг за шагом», опубликованного с большими цензурными изъятиями в журнале «Дело» за 1870 год«Новые люди» изображены Омулевским как положительно практические деятели-революционеры. Воспроизводимый романистом процесс жизни характеризуется и еще одной очень важной чертой, отсутствующей в других романах о «новых людях». Он показал преемственность, единство революционных поколений России. Светлов еще в юности, гимназистом, попадает в ушаковский кружок «политических преступников»— декабриста Жилинского и деятелей польского национально-освободительного движения. Здесь он получил настоящее воспитание и образование. Вернувшись после окончания университета в родной сибирской городок Ушаковск, Светлов вновь сблизился с политическими ссыльными — с тем же Жилинским и его дочерью Христиной, с Варгуниным, а также с доктором Ельниковым, руководившим в прошлом лучшим университетским кружком. Идея преемственности и единства революционных поколений и их борьбы питает тот высокий революционный оптимизм, которым проникнут весь роман Омулевского.