История русской литературы XIX века - глава 40

Л.А.Мей, опираясь на исследования С.М.Соловьева и его единомышленников, реабилитирует Грозного как прогрессивного деятеля, укрепляющего государственное единство и стремящегося «Русь оковать законом, что бронею». Больше того, поэт идеализирует его как народолюбивого царя. Признавая историческую изжитость, обреченность вечевых традиций, Мей в то же время поэтизирует псковское вече, подчеркивает его народность, когда в действительности в нем верховодили бояре, и с явным сочувствием рисует псковскую вольницу, видя в ней выражение широты натуры, душевной красоты, природной даровитости и свободолюбия простых русских людей. С исключительной живостью и рельефностью дает он вече, воплощая в нем народные настроения. Именно сочувственное изображение веча и вольницы послужило причиной для цензурного запрета пьесы в 1861 году.
«Псковитянка» глубоко психологична и драматична. Через горнило высокого драматизма, принимающего трагическую окраску, проходят буквально все основные действующие лица: Вера, Ольга, Михайло Туча, царь Иван. Явно трагично положение царя Ивана, желавшего своей дочери счастья, но принесшего ей гибель. Психологическую и драматическую напряженность пьесы автор усиливает введением мелодраматических мотивов: случайная встреча Веры Шелоги с Иваном, тайная любовь и измена, похищение Ольги, ее самоубийство.
Сюжетное ядро «Псковитянки» представляет художественный вымысел. Но при торжестве поэтической фантазии пьеса привлекает и исторической правдой: сочным воспроизведением боярского быта, обилием хотя и эскизно, но психологически верно очерченных рядовых людей, волнующим показом противоречий между вечевыми традициями и требованиями утверждавшегося централизованного государства. Историческая, психологическая и художественная убедительность пьесы достигается также тонкой архаизацией языка действующих лиц и широким использованием устно-народной поэзии (песни, сказки, пословицы). Наряду с драмой «Псковитянка» Мея к лучшим достижениям исторической драматургии 60-x годов относится трилогия А. К. Толстого (1817— 1875): «Смерть Иоанна Грозного», «Царь Федор Иоаннович» и «Царь Борис».
Автор «Царя Федора Иоанновича», принимаясь за «высокую» трагедию, видел свою задачу не в последовательно верном изложении исторических фактов, а в постановке и решении больших философско-психологических проблем, в изображении крупных характеров, выражающих определенные идеи и моральные принципы. Для него законом была, как он писал, правда человеческая, а не историческая. Ввиду этого он пользуется материалом истории еще более свободно, нежели Л. А. Мен. Но, давая полную волю художественному воображению, смещая хронологические даты, произвольно группируя факты, писатель стремился сохранить колорит страны и эпохи, воспроизвести их аромат и воссоздать запоминающиеся эпизоды социально-бытовой и политической жизни XVI— XVII веков.
В раскрытии ведущих героев своих трагедий А. К. Толстой исходил в основном из материалов «Истории Государства Российского» Н. М. Карамзина. Но, дополняя эти сведения, он вылепил характеры, покоряющие целостностью свогй социально-психологической сущности, филигранной тонкостью внутреннего рисунка и глубокой мотивированностью всех своих поступков.