История русской литературы XIX века - глава 364

Смерть князя Андрея, воплощающего собой в изображении Толстого все лучшее в России того времени, как бы символизирует тот факт, что победа досталась дорогой ценой. Лучшие русские люди заплатили жизнью за спасение отечества в 1812 году, подобно тому, как будущие декабристы пали в борьбе за свободу родины.
Война и сближение с народной Россией на Бородинском поле, в плену с Каратаевым обусловили поворот в духовном развитии Пьера. Простота отношений, добро и правда — таковы нравственные принципы, которыми должен, по мнению Пьера, руководствоваться человек в жизни.
Погружая своего героя в народную стихию в ее различных проявлениях,- Толстой в известной мере следовал истории духовного развития прогрессивной дворянской интеллигенции первой четверти XIX века. Обращение к народному духу, проблема народности как важнейшая проблема национальной культуры, вопрос о русском национальном характере особенно остро встают перед русским обществом именно в эпоху войны 1812 года и последующих лет, когда начинает свое развитие романтизм с его интересом к указанным проблемам. Но, подчеркивая влияние на Пьера каратаевщины, патриархально-отсталой, пассивной стороны народной психологии, философии фатализма, Толстой отступил от исторической истины, от передовых тенденций времени, все более проникавшегося пафосом борьбы с крепостнической отсталостью России.
Это отступление Толстого от правды истории было связано с определенными тенденциями его собственного духовного развития, все более склонявшегося к надысторическому рассмотрению «вечных» нравственных вопросов.
В эпилоге Толстой снова входит в рамки истории, связывая новый период жизни Пьера с движением декабристов. В рассказе Пьера о петербургских новостях, в репликах Денисова Толстой очень точно воссоздает политическую обстановку, сложившуюся к зиме 1820 года,— усиление реакции, рост влияния Аракчеева. Выход честного и прямого Денисова в отставку исторически был одним из проявлений протеста свободомыслящих офицеров против усиления в армии аракчеевщины. Вместе с тем отставкой Денисова, недовольного новыми порядками в армии, Толстой иллюстрирует тот важный исторический факт, что герои 1812 года все больше оказывались не ко двору, как совсем оказались они не ко двору в царствование палача декабристов Николая I. Героическая эпоха русской армии, связанная с именами Суворова, Кутузова, Багратиона, отходила в прошлое. Денисов готов был к бунту против правительства. Реальный Денис Давыдов не был декабристом, но известно, что многие офицеры, отличившиеся в войнах с Наполеоном, стали участниками декабристского движения. Намечается у Толстого и другая сторона исторической коллизии: Денисов готов бунтовать, а Николай Ростов — подавлять бунт. Многие воевавшие вместе в 1805—1812 годах окажутся по разные стороны Сенатской площади в день 14 декабря.
Если Пьер Безухов в эпилоге представляет собой первый, так сказать мирный период движения декабристов, продолжавшийся примерно до семеновской истории, то его второй, героический период намечается Толстым в образе Николеньки Болконского.