История русской литературы XIX века - глава 53

Великий критик предсказал славу Некрасову и вечную любовь к нему народа. В Некрасове он видел самого передового революционного поэта, который имел огромное влияние на читателей, и отводил ему первое место в новой поэзии. «Вы теперь лучшая, можно сказать, единственная, прекрасная надежда нашей литературы... На Вас надеется каждый порядочный человек у нас в России»,— писал критик поэту (XIV,25).
Высоко оценил Чернышевский Тургенева как одного из видных представителей , «натуральной школы», чутко откликавшегося на события современности. В произведениях Тургенева его пленяла правда жизни, согретая глубокой любовью к народу. Влияние «Записок охотника» критик сравнивал с невиданным успехом, который имела книга «Стихотворений» Некрасова.
Пристально следил Чернышевский за развитием творчества Островского, поощрял его попытки к развитию сатирического направления в драматургии. Его комедию «Свои люди — сочтемся» он назвал прекрасным произведением.
Сразу привлек внимание Чернышевского Л. Н. Толстой своим огромным талантом писателя-реалиста. Либеральная критика долго не могла ничего путного сказать о нем, пытаясь объявить его представителем «чистого искусства». Чернышевский с первых шагов Толстого правильно определил особенности его реализма — искреннее влечение к правде жизни, непосредственное нравственное чувство, глубокий психологизм, выразившийся в умении изображать «психический процесс, его формы, законы, диалектику души».
Демократу Чернышевскому Толстой особенно близок был тем, что в своих произведениях с замечательным мастерством воспроизводил не только внешнюю обстановку быта поселян, но и их взгляды на вещи. «Он умеет переселяться в душу поселянина,— писал критик,— его мужик чрезвычайно верен своей натуре, в речах его мужика нет прикрас, нет риторики» (IV, 682). Сцены с изображением крестьян у Толстого Чернышевский называл правдивыми, поэтическими страницами, плодом близкого знания народа.
Чернышевский вел упорную борьбу за развитие реалистической литературы, славных традиций Пушкина и Гоголя, особенно отмечая писателей-демократов, близких к «Современнику». Критик возлагал большие надежды на талант Салтыкова-Щедрина. Опубликованные в 1856 году в «Русском вестнике» «Губернские очерки» вызвали горячее сочувствие критика. Всего дороже ему было критическое, сатирическое направление таланта писателя. «Никто не карал наших общественных пороков словом, более горьким, не выставлял перед нами общественных язв с большей беспощадностью, чем Щедрин» (IV,66—267),— отмечал критик.
В статье «Не начало ли перемены?» Чернышевский выступил против сентиментальных произведений, пропитанных «запахом шинели» Акакия Акакиевича, барским состраданием к мужику. Он потребовал, чтобы литература не идеализировала крестьян, а действенным образом помогала им выйти из тяжелого положения. Теперь задачи литературы состояли не в том, чтобы возбуждать сочувствие к мужику со стороны других сословий русского общества, а в том, чтобы изображать созревание в самом народе сил и способностей отстоять свои права.
Важную задачу литературы 60-х годов Чернышевский видел в изображении нового человека, у которого дело не расходилось бы со словом, кто мог бы свою жизнь согласовать со своими передовыми убеждениями. В статье «Русский человек на rendez-vous» критик говорил, что герои дворянского общества выродились в заурядных либералов, что на смену идут другие люди, воплощающие в себе демократические идеалы, преданные делу борьбы за счастье народа, что новый герой не будет походить на Печорина, Бельтова и Рудина, обнаруживших «дрянное бессилие характера».
Нового человека Чернышевский показал в своих художественных произведениях.
В истории русской культуры Чернышевский занимает выдающееся место не только как революциное творчество Чернышевского онныи деятель и ученый, но и как великии писатель. Владимир Ильич Ленин относил Чернышевского вместе с Белинским и Герценом к числу тех писателей, с которыми непосредственно связано всемирное значение русской литературы. В своих художественных произведениях Чернышевский был тем же революционером, пламенным трибуном, каким он являлся в публицистике и критике.